Happy New Year (С Новым Годом)
     Серый город, сырой город, суетливый город. Все поникшее и задушенное насильно навешанными гирляндами, все мигает разноцветными огнями в жалкой попытке создать праздничное настроение, но лампочки мигают через одну, а сама гирлянда небрежно накинута чьей-то ленивой рукой. Голые деревья и ни единой снежинки, город суетится, все бегают на сумасшедших скоростях, пытаясь выбрать хотя бы какой-нибудь подарок до закрытия последнего супермаркета. Унылые лица продавщиц, что, набегавшись за день, хотят лишь послать куда подальше капризных, придирчивых покупателей, но которые по уставу должны улыбаться… Наспех выбранный подарок… какое уродство… какому же дорогому человеку он предназначен и за что же его так ненавидят, что бы выбирать подарок вечером тридцатого декабря за три минуты до закрытия супермаркета. Повсюду звучит хриплое "Jingle Bells"… Дурацкое, хаотическое мигание новогодних гирлянд ложится на лица всех людей, срывая с них улыбки и обличая их поспешно натянутый оскал. Сквозь зубы прорывается - нет, не прорывается, его насильно выталкивают - сквозь зубы проталкивается спешно вспомненное " С наступающим праздником", а в глазах усталость и пустота… Навязанная кем-то традиция этого праздника заставляет абсолютно всех к нему готовиться, и все уже устали от массы работы и приготовлений, а в душе и не шевелится хотя бы искра счастья… Все проклинают эти приготовления, уборки, готовки и покупку подарков… Хочется сэкономить, хочется, что бы все решилось само, хочется вообще все послать к чертям, но вдруг по голове ударяет мысль: "А что скажут люди?" и ты дальше уныло тянешь домой несчастное новогоднее дерево… Внезапно с тормоза тебя снимает мысль: "А где же праздновать?" и ты начинаешь что-то придумывать, спастись как-то от одиночества, и понимаешь, что придется гулять куда уж пригласят, погромче включить крикливую музыку и напиться, что бы не чувствовать той пустоты и унылости. А еще лучше и закурить, что бы в дыму ничего не видеть… потом тебя кто-то заметит и потянет в танец и ты поддашься и будешь танцевать. Экстатически, самозабвенно танцевать, что бы не слышать отчаяния и отвращения и пустоты, что бушует внутри, взывая и к тебе. И причем это вокруг тебя ежедневно, ежеминутно, но ты замечаешь всю эту нелепость только вот сегодня, когда все скалятся друг другу, когда эпилептически загораются и тухнут гирлянды, когда ты ощущаешь свою никчемность, когда вся ситуация доведена до предела, когда все обострено настолько, что бы ты наконец-то понял все, что бы ты увидел и мир, и себя, и других таких же потерянных. Ну вот ты затаскиваешь измученное дерево домой и, пока лишь бросив его в углу, занимаешься собой. Раздеваешься, включаешь музыку, готовишь скорый ужин, а дерево… А дерево занимается тобой… Сквозь всю свою измученность оно наполняет твое жилище ароматом сказки, ароматом улыбки, чистоты, искренности, но ты настолько истощен, что даже не замечаешь этого. Ты наспех прячешь нелепые подарки и ставишь деревце в угол. Сонливо, одной рукой надеваешь пять первых игрушек, из-за спины, еле поднимая руку, накидываешь "дождик" и гирлянду и, даже не взглянув на эту плачевность, уходишь в другую комнату. Такую же пустую и унылую, как и ты, и там, ничего не чувствуя, засыпаешь. Спишь глубоко, крепко, но как-то сковано. Твое скрученное тело показывает, что у него нет ни малейшей возможности отдохнуть, расслабиться ибо ты боишься этого мира и людей, боишься опасности даже во сне. Ты один, тебе нет перед кем играть свою роль и ты просто есть самим собой. Жалким, измученным, молящим о покое, о свободе, но потом понимаешь, что не знаешь что делать с той свободой, ты боишься ее и быстро гонишь прочь. И вот даже перед собой ты начинаешь спектакль о том, какой ты счастливый человек, а зеркало, вместо слова "аплодисменты" показывает тебе "ничтожество" и, дернувшись во сне, ты просыпаешься. Выпадаешь в тридцать первое декабря и снова начинаешь приводиться в хаос, даже еще быстрее, чем вчера. Завариваешь кофе и пытаешься расправить затекшее измотанное тело. Вдруг замечаешь дерево и скалишься ему потому, что оно нелепо выглядит утром, все в дурацком украшении и еще потому, что ты не слышал еще людей сегодня, и надеешься, что дерево хотя бы ответит на твой оскал, потому что среди всего, оно единое живое. Ты глотаешь кофе, а на тебя сваливается ужасная мысль, что ведь обязательно кто-то припрется и все утро ты слоняешься по углам и ничего не можешь ни делать, ни думать. Когда день перевалил за половину, ты собираешь жалкие остатки себя и начинаешь убирать, готовить, потом снова убирать и вот понимаешь, что уже вечер, скоро что-то будет происходить. Лениво тащишься в ванную, немного освежаешься, потом идешь на кухню и наливаешь в стакан прохладный напиток. И вот получаешь от него некое подобие удовольствия как вдруг все это убивает звонок в дверь. Там стоит толпа энергичных людей, которой некуда пристроиться в этот день. Они вспоминают о тебе не потому, что ты им друг, но потому, что ты не имеешь сил отказать. Ты позволяешь толпе ворваться в твое жилище и они быстро осваиваются с помощью первой порции алкоголя. Про тебя забыли. Они пытаются заглушить свою кричащую пустоту крикливой музыкой и собственными криками и все идет так, как и представлялось - музыка, спиртное, дым, но ты еще забыл человеческий фактор. Нельзя о нем забывать и тебе об этом напомнил первый разбитый ими предмет. Ты его не любил и не замечал, ты даже не знаешь откуда он взялся, но понимаешь, что он твой и тебя снова обнимает уныние. Еще несколько предметов не доживут до утра. Но тебе уже глубоко все равно, ты в апатии и даже не водишь по дому глазами. Все бушует, а ты роняешь свое тело на кровать и тревожно засыпаешь. Просыпаешься от крика "С новым годом!", но поздравляют не тебя. Они где-то в другой комнате поздравляют сами себя. Ты встаешь, выталкиваешь за дверь своей комнаты ногой несколько подарков и, пока тебя не заприметили, быстро возвращаешься назад. Вдруг звонит телефон - какая-то добрая душа вспомнила о твоем существовании, а, может, и не вспомнила, но давно уже решила, что хочет тебя поздравить. Они уже ответили на звонок, сказав: "Вы ошиблись номером" и судорожно засмеялись потому, что среди них не было человека, которому звонили. Но ты уже не слышишь этого. Ты спишь. Дергаешься во сне и снова просыпаешься - полдень. Твой единый подарок - разгром, грязь, ужас. Весь день уныло отыскивал под этой грязью свою квартиру. Под вечер все-таки ее нашел. Усталость пошел оставить в душе. Чашка кофе перед елкой. Теперь ты ее замечаешь, теперь ты видишь, что это ель. Измученное тело деревца под парой игрушек. Теперь ты понимаешь ель и вы подружились. Друзья в несчастье самые верные. Вечер. Кровать. Завтра на работу и ты придумываешь историю счастливого праздника, что бы рассказать если спросят. Судорожный толчок - снова утро. Быстро собираешься на работу. Приходишь, бормочешь "Доброе утро" и не получив ответа садишься на рабочее место. Кто-то тебя дергает: "Эй, как погулял?". Ты только открываешь рот для того, что бы обронить придуманную в муках историю, но он уже говорит: "Да-да-дааааа" и начинает свой рассказ. К твоему же счастью, ты его не слышишь. Потом он уходит и ты понимаешь, что он не знает твоего имени. Судорожно пытаешься его вспомнить, но все напрасно. Никто его не знает и ты его забыл. Ах, благо, кто-то придумал бэйджики. Написано: Джон До. "С новым годом, Джон До" - поздравляешь ты себя и погружаешься в работу.